Дилемма «дизайнерских младенцев» набирает обороты

Паника на тему «дизайнерских младенцев» — явление ни разу не новое, но быстрый прогресс в области технологий, которые позволяют перепрограммировать взрослые клетки в сперме и яйцеклетке, может поставить вопрос ребром. Примерно с 90-х годов начала набирать обороты практика генетического профилирования эмбрионов, используемых в процессе экстракорпорального оплодотворения (ЭКО). Делается это в основном для скрининга генетических заболеваний, но многие гены, отвечающие за черты вроде цвета глаз, рост или атлетизм, уже тоже хорошо известны.

дизайнерских младенцев

В настоящее время последствия таких изменений нельзя спрогнозировать с высокой долей уверенности, но не исключено, что в процессе ЭКО можно также выбирать и черты будущего человека. Поэтому большинство стран ограничивают скрининг эмбрионов в медицинских целях или прямо запрещают его, хоть и не регулируя правил ЭКО на федеральном уровне.

Несмотря на это, затраты и сложность производства эмбрионов для ЭКО с проектированием (дизайном) идеальных младенцев, как правило, непрактичны. Основным ограничением является тот факт, что яйцеклетки собираются в очень небольших количествах, серьезно ограничивая число зародышей, из которых может выбирать пара.

Тем не менее развивается технология экстракорпорального гаметогенеза (ЭКГ), которая может обеспечить способ создания большого количества яйцеклеток и спермы в лаборатории. И это, как утверждают авторы редакционной статьи, опубликованной в журнале Science Translational Medicine на прошлой неделе, может иметь серьезные научные, этические и правовые последствия.

«ЭКГ может породить призрак «эмбриональных ферм» в таких масштабах, что и представить нельзя, и привести к обострению опасений по поводу девальвации человеческой жизни», пишут профессор юридического факультета Гарварда Гленн Коэн, декан медицинского факультета Гарвардского университета Джордж Дейли и профессор медицинских наук в Университете Брауна Эли Адаши.

«В зависимости от своей конечной финансовой стоимости, ЭКГ могла бы значительно увеличить число эмбрионов для выбора, тем самым углубив озабоченность родителей касательно выбора «идеального» будущего ребенка».

Этот метод позволяет ученым создавать гаметы — сперматозоиды и яйцеклетки — из стволовых клеток. Эти стволовые клетки могут поступать из эмбрионов, но также есть возможность перепрограммировать взрослые клетки в так называемые индуцированные плюрипотентные стволовые клетки».

В прошлом октябре японские ученые использовали ЭКГ для создания жизнеспособных яйцеклеток у мышей, но подход остается сугубо экспериментальным и потребует глубоких исследований, прежде чем его можно будет применять на людях. И снова, клинические применения тоже маловероятны в ближайшее время, поэтому основным вкладом будет чуть более глубокое понимание репродуктивной науки.

В то же время авторы отмечают, что головокружительная скорость научного прогресса означает, что эти разработки войдут в использование скорее раньше, чем позже, и перед учеными и специалистами по этике и праву стоит задача быть готовыми к проблемам в решении этих вопросах.

«У ЭКГ есть потенциал перевернуть один из самых привычных элементов человеческой культуры — наше представление о родительстве и о том, как оно происходит», говорит Коэн. Будет очень важно успеть совладать с далеко идущими последствиями этих методов.

И эти последствия необязательно будут негативными — у этой технологии есть потенциал произвести революцию в лечении бесплодия, предложив более безопасный и менее инвазивный способ на замену традиционному ЭКО с более высоким уровнем успеха (возможно). Также он может обеспечить неиссякаемый источник эмбриональных стволовых клеток в лаборатории, тем самым ускорив медицинские исследования.

В то же время растут этические опасения на тему использования человеческих эмбрионов в научных исследованиях в связи с масштабированием. Возможность извлекать гаметы из клеток взрослого организма даже повышает перспективы воровства генетического кода у людей без их ведома, чтобы сделать их невольными родителями.

Также пугает то, что развитие этой технологии упростит для людей создание десятков эмбрионов, из которых можно будет выбрать «лучший». В сочетании с технологиями типа CRISPR/Cas9, которые позволяют редактировать гены с высокой точностью, можно будет просто редактировать будущие черты и выбирать из них.

Это, в свою очередь, может погрузить нас в евгеническое общество, раскритикованное, например, в фильме «Гаттака», и экономическое неравенство начнет перерастать в генетическое неравенство между теми, кто может выбрать для своих детей лучшее будущее, и теми, кто нет.

Хотя эти вопросы могут и не стать реальностью еще очень долго, было бы целесообразно начать думать над ними уже сейчас.

Паника на тему «дизайнерских младенцев» — явление ни разу не новое, но быстрый прогресс в области технологий, которые позволяют перепрограммировать взрослые клетки в сперме и яйцеклетке, может поставить вопрос ребром. Примерно с 90-х годов начала набирать обороты практика генетического профилирования эмбрионов, используемых в процессе экстракорпорального оплодотворения (ЭКО). Делается это в основном для скрининга генетических заболеваний, но многие гены, отвечающие за черты вроде цвета глаз, рост или атлетизм, уже тоже хорошо известны.

В настоящее время последствия таких изменений нельзя спрогнозировать с высокой долей уверенности, но не исключено, что в процессе ЭКО можно также выбирать и черты будущего человека. Поэтому большинство стран ограничивают скрининг эмбрионов в медицинских целях или прямо запрещают его, хоть и не регулируя правил ЭКО на федеральном уровне.

Несмотря на это, затраты и сложность производства эмбрионов для ЭКО с проектированием (дизайном) идеальных младенцев, как правило, непрактичны. Основным ограничением является тот факт, что яйцеклетки собираются в очень небольших количествах, серьезно ограничивая число зародышей, из которых может выбирать пара.

Тем не менее развивается технология экстракорпорального гаметогенеза (ЭКГ), которая может обеспечить способ создания большого количества яйцеклеток и спермы в лаборатории. И это, как утверждают авторы редакционной статьи, опубликованной в журнале Science Translational Medicine на прошлой неделе, может иметь серьезные научные, этические и правовые последствия.

«ЭКГ может породить призрак «эмбриональных ферм» в таких масштабах, что и представить нельзя, и привести к обострению опасений по поводу девальвации человеческой жизни», пишут профессор юридического факультета Гарварда Гленн Коэн, декан медицинского факультета Гарвардского университета Джордж Дейли и профессор медицинских наук в Университете Брауна Эли Адаши.

«В зависимости от своей конечной финансовой стоимости, ЭКГ могла бы значительно увеличить число эмбрионов для выбора, тем самым углубив озабоченность родителей касательно выбора «идеального» будущего ребенка».

Этот метод позволяет ученым создавать гаметы — сперматозоиды и яйцеклетки — из стволовых клеток. Эти стволовые клетки могут поступать из эмбрионов, но также есть возможность перепрограммировать взрослые клетки в так называемые индуцированные плюрипотентные стволовые клетки».

В прошлом октябре японские ученые использовали ЭКГ для создания жизнеспособных яйцеклеток у мышей, но подход остается сугубо экспериментальным и потребует глубоких исследований, прежде чем его можно будет применять на людях. И снова, клинические применения тоже маловероятны в ближайшее время, поэтому основным вкладом будет чуть более глубокое понимание репродуктивной науки.

В то же время авторы отмечают, что головокружительная скорость научного прогресса означает, что эти разработки войдут в использование скорее раньше, чем позже, и перед учеными и специалистами по этике и праву стоит задача быть готовыми к проблемам в решении этих вопросах.

«У ЭКГ есть потенциал перевернуть один из самых привычных элементов человеческой культуры — наше представление о родительстве и о том, как оно происходит», говорит Коэн. Будет очень важно успеть совладать с далеко идущими последствиями этих методов.

И эти последствия необязательно будут негативными — у этой технологии есть потенциал произвести революцию в лечении бесплодия, предложив более безопасный и менее инвазивный способ на замену традиционному ЭКО с более высоким уровнем успеха (возможно). Также он может обеспечить неиссякаемый источник эмбриональных стволовых клеток в лаборатории, тем самым ускорив медицинские исследования.

В то же время растут этические опасения на тему использования человеческих эмбрионов в научных исследованиях в связи с масштабированием. Возможность извлекать гаметы из клеток взрослого организма даже повышает перспективы воровства генетического кода у людей без их ведома, чтобы сделать их невольными родителями.

Также пугает то, что развитие этой технологии упростит для людей создание десятков эмбрионов, из которых можно будет выбрать «лучший». В сочетании с технологиями типа CRISPR/Cas9, которые позволяют редактировать гены с высокой точностью, можно будет просто редактировать будущие черты и выбирать из них.

Это, в свою очередь, может погрузить нас в евгеническое общество, раскритикованное, например, в фильме «Гаттака», и экономическое неравенство начнет перерастать в генетическое неравенство между теми, кто может выбрать для своих детей лучшее будущее, и теми, кто нет.

Хотя эти вопросы могут и не стать реальностью еще очень долго, было бы целесообразно начать думать над ними уже сейчас.

Ссылка на источник