Врачам веры нет. Что стоит за обвинением калужских акушеров в умышленном убийстве новорожденного?

Главной причиной уголовного преследования врачей-акушеров ЦРБ Жуковского района Калужской области могла стать попытка манипулирования медицинской документацией. Из материалов дела следует, что новорожденный ребенок прожил несколько минут, но так как спасти его не удалось, чтобы не допустить ухудшения статистики младенческой смертности, врачом он был оформлен как мертворожденный.

врачам веры нет

Во все тяжкие

Случай, о котором идет речь, произошел 28 декабря 2015 года. По информации сотрудников учреждения, принимавших роды, недоношенный ребенок с критически низкой массой тела появился на свет без самостоятельного дыхания. Из-за отсутствия необходимого оборудования, расходных материалов и медикаментов для оказания высокотехнологичной реанимационной помощи спасти его не удалось. В итоге по факту гибели ребенка было возбуждено уголовное дело по статье «убийство».

Сейчас прокуратура готовится предъявить медикам обвинение. Два врача Жуковской ЦРБ — завотделением акушерства и гинекологии Шелабия Халилова и врач-педиатр Татьяна Васильева находятся под домашним арестом. Консультировавший коллег во время экстремальных родов по телефону экс-заместитель главврача Калужской областной больницы Александр Ругин — под подпиской о невыезде. По данным следствия, именно он дал совет записать ребенка мертворожденным. Эта фраза и стала поводом для возможного обвинения его в соучастии в тяжком преступлении.

Как сообщил порталу Medvestnik.ru руководитель Жуковского межрайонного следственного отдела СУ СК по Калужской области Тигран Авакумьянц, в переданных недавно в прокуратуру материалах дела совершенное медиками преступление квалифицируется как умышленное убийство. Какие именно действия врачей стали основанием для выдвижения столь тяжкого обвинения, он уточнять не стал. На вопрос, как можно говорить об умысле применительно к случаю безуспешной реанимации, он заявил, что это версия самих акушеров. «Мы им не верим, — заявил он. – О том, что происходило на самом деле, знаем только мы и они. Кто прав в данной ситуации, выяснится в суде».

Могло быть иначе

По данным источников, судебно-медицинская экспертиза показала наличие в легких умершего ребенка глубоких кровоизлияний. Это подтверждает тот факт, что легочная реанимация новорожденному, все-таки проводилась.

Защитники обвиняемых полагают: следствие придает слишком мало значения факту, что роды на таком сроке (24 недели) вообще не должны были приниматься в стационаре первого уровня.

Факт того, что исход родов мог бы быть иным, подтвердили в Минздраве Калужской области: «29.12.2015 по указанному случаю было проведено заседание врачебной комиссии ЦРБ, рассмотрена история родов пациентки, заслушаны медицинские работники, оказывавшие медицинскую помощь. Комиссией сделаны предварительные выводы о возможности пролонгирования беременности в случае своевременного обращения пациентки за медицинской помощью в женскую консультацию, акушерское отделение ЦРБ и своевременной транспортировки беременной женщины в стационар 2 группы учреждений родовспоможения – ГБУЗ КО «Калужская областная клиническая больница», — сообщили в ответе на официальный запрос редакции.

Но пациентка, обращавшаяся в Жуковскую ЦРБ накануне, 26 декабря, с жалобами на боль внизу живота, несмотря на уговоры врачей, от госпитализации отказалась.

Из письма также выяснилось, что служебного расследования по этому инциденту калужский Минздрав не проводил, поскольку все медицинские документы на следующий же день были изъяты следователями. А 30 декабря 2015 года был издан приказ о внеплановом закрытии акушерского отделения ЦРБ Жуковского района для проведения внеплановой дезинфекции на срок до 13 января 2016 года. И.о. главного врача медучреждения Елене Солоцких было приказано организовать транспортировку на лечение и родоразрешение беременных женщин после 22 недель гестации высокого и среднего перинатального риска в ГБУЗ КО «Калужская областная клиническая больница»; низкого перинатального риска — в ЦРБ соседнего Малоярославецкого района.

У семи нянек

Одной из причин трагедии представители обвиняемых называют недостаточное оснащение учреждения. По данным источников, в Жуковской ЦРБ отсутствовала половина оборудования, обязательного согласно приказу Минздрава от 15 ноября 2012 г. № 921н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «неонатология»», включая аппарат для искусственной вентиляции легких. Как выяснил портал Medvestnik.ru, ранее жалобы на качество медпомощи в районе поступали и в адрес уполномоченного по правам человека в Калужской области Юрия Зельникова. По его обращениям в 2015 году региональный Минздрав дважды проверял оснащение акушерского стационара. Тем не менее 11 декабря 2015 года ЦРБ была выдана лицензия на оказание, в том числе высокотехнологичной медицинской помощи по акушерству и неонатологии.

В ведомстве и сейчас утверждают, что оснащение стационара соответствовало всем предъявляемым требованиям. «ЦРБ располагает всем необходимым оборудованием в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по акушерству и гинекологии. Медицинскую помощь беременным оказывала акушер-гинеколог Халилова Ш.У. – заведующая акушерско-гинекологическим отделением ЦРБ: стаж работы 23 года, высшая квалификационная категория, имеет сертификат специалиста (акушерство и гинекология). В штате родильного дома имелась должность врача-педиатра для оказания медицинской помощи новорожденным (0,5 ставки), на которой работала врач педиатр Васильева Т.Л., стаж работы 34 года, имеет сертификат специалиста (педиатрия)», — говорится в ответе на запрос.

В нем также подчеркивается, что в соответствии с приказом Калужской ОКБ, специалисты которой оказывают консультативную и организационно-методическую помощь ЛПУ области, и графиком выездов врач акушер-гинеколог, куратор 13.08.2015 г. в составе бригады выезжала в Жуковскую ЦРБ. Однако информация о результатах этого выезда, в том числе о соответствии/несоответствии оснащения родильного зала медицинским оборудованием, не анализировалась и не представлялась в министерство, несмотря на неоднократные запросы в адрес администрации ОКБ. «По мнению министерства, контроль проведенных проверок по оказанию консультативной и организационно-методической помощи медицинским организациям районов специалистами КОКБ, ответственными за данное направление работы (в том числе главным внештатным акушером-гинекологом Ругиным А.И.), в 2015 году не осуществлялся, анализ их результатов не проводился», — уточняет калужский Минздрав.

Вредные советы

Сейчас в связи со скандалом в медицинской среде возникает закономерный вопрос: какую ответственность по закону несет врач, который консультировал коллег по телефону (напомним: Александру Ругину следствие готовится предъявить обвинение в подстрекательстве и пособничестве в убийстве). «Так как он не участвовал в оказании медицинской помощи, привлечь его к ответственности законным образом, с моей точки зрения, нельзя, — уверен президент НП «Национальное агентство по безопасности пациентов и независимой медицинской экспертизе» Алексей Старченко. — Решения все равно принимает тот, кто непосредственно оказывает медицинскую помощь. На мой взгляд, на скамье подсудимых должен сидеть главный врач, который не обеспечил больницу необходимым оборудованием. А также наказан Росздравнадзор, как лицензирующий орган, который допустил это безобразие».

Предъявление обвинения в убийстве врачу, по его словам, само по себе нонсенс. «Если имело место оказание медицинской помощи хотя бы элементарное, тем более, если оно было связано с недостатками в наличии оборудования, конечно, обвинение должно трактоваться по другим статьям УК», — считает Алексей Старченко.

О наступлении ответственности за удаленные консультации можно говорить с малой степенью вероятности, — отмечает доцент кафедры судебной медицины и медицинского права МГМСУ им. А. Евдокимова Иван Печерей. — Она возможна только при установлении прямой причинно-следственной связи консультации с летальным исходом, что именно эта информация привела к неблагоприятным последствиям. Но, ее, как правило, как раз и трудно установить. В уголовной практике я о таких делах не слышал».

Авторы: Татьяна Бескаравайная, Игорь Калиновский

Ссылка на источник