Без маразма

В большом городе человек острее чувствует одиночество. Даже ежедневно «протекая» через сотни, тысячи людей — в метро, на улице, в магазине, — человек все равно остается один на один со своими проблемами, мыслями, тревогами. Особенно остро одиночество ощущают пожилые люди — и если живут одни, и если в семье, где каждый сам по себе, и ни внукам, ни детям ты не нужен со своими стариковскими советами и заботами. Что думают психологи об одиночестве в большом городе?

Надо ли человеку готовиться к старости и как сохранить бодрость в пожилом возрасте? Об этом — наш разговор с психологом, психотерапевтом Ольгой Семеновой.

без маразма

— Одиночество в большом городе, некая человеческая анонимность в мегаполисе — это благо для человека или проблема?

— В большом городе человек старается как бы себя скрыть, защититься от толпы, в какой–то мере даже стереть свою индивидуальность, особенно в местах большого скопления народа — в метро, в парках, на каких–то массовых мероприятиях.

— Почему?

— Потому что современный человек в принципе очень уязвим. Человек в мегаполисе действительно чувствует себя песчинкой. И старается скрыть свои чувства, сделаться нейтральным, невидимым, он все время зажат, в напряжении, даже не осознавая этого, старается даже одеться во что–то неброское.

— Потому, наверное, на столичных улицах так много людей в темном — сером, черном.

— Да, именно поэтому. Темп жизни большого города заставляет человека встать на спринтерскую дистанцию и бежать, и крутиться в этом колесе жизни. В столице ведь, чтобы сделать какое–то дело, иногда получить какую–то бумажку, надо порой день потратить.

— «Давай пересечемся в городе» — так чаще всего люди говорят друг другу, если вообще не теряются на годы. Но разве быть на виду в маленьком городе, где не спрячешься и о тебе все знают, легче жить?

— Легче. Ведь человеку хорошо, спокойнее там, где много знакомых. Это и дисциплинирует, и, с другой стороны, ты более расслаблен, свободен и можешь развиваться как личность. Вот такой парадокс. Поэтому в маленьких городах меньше правонарушений и даже простого уличного хамства, чем в мегаполисах.

— Я видела, как в маленьком провинциальном городе в праздник во дворе накрывают столы и все соседи выходят. А многие минчане и соседей–то своих не знают. И бабушки у подъездов, эти смотрящие за домом, уже не сидят.

— Так и лавочек–то почти нет. Бабушки, пусть даже сплетничающие у дома о соседях, все же создавали какое–то ощущение уюта, дома, стабильности. Одинокому пожилому человеку сейчас стало еще более одиноко. Когда–то он мог выйти на улицу — а тут его ровесники: в домино играют или на лавочке новости обсуждают, поговорил, пообщался и вроде побыл в обществе. Когда бабушка или дедушка в семье, чувствуют заботу — они не страдают, им вполне комфортно в старости. Сложнее тем, кто болеет или у кого сфера интересов сужена — зимой дома сидят, ну в поликлинику сходят, а летом на дачу выезжают и там сидят. Человек замыкается в узком кругу несложных интересов, телевизор заменяет ему все, его ментальность меняется плюс возрастные изменения — интеллект, критичность снижаются, сужаются интересы. По сути, человек переходит в состояние растительного существования. Остаются телевизор, тахта, тапочки. Нередко у одинокого нездорового пожилого человека с возрастом усиливаются озлобленность, агрессивность.

— А в старости какие–то негативные черты характера стираются или, наоборот, усугубляются?

— С возрастом происходят процессы инволюции. Что это такое? Затухают гормональная система, эмоциональная сфера, сознание потихоньку меняется. Но когда человек старается сам не опуститься, эмоционально, физически, интеллектуально, то эти процессы проходят нормально. Поэтому пожилым важно чем–то заниматься, поддержать себя в социально активном состоянии — думать, постигать что–то новое, читать, иметь свою сферу интересов. Мозг надо тренировать всегда, но в старости особенно. К счастью, у нас много социально активных пенсионеров. Они ходят на физкультуру, осваивают новые увлечения (валяние из шерсти, пение, компьютеры и пр.), не пропускают мероприятия, которые им доступны, выставки, даже учат языки. Новая деятельность очень важна для мозга, чтобы разрастались нервные связи, аксоны, чтобы мозг функционировал. Взгляните на очень пожилых актеров. Потрясающий пример — Владимир Зельдин, 100 лет! Какая активность, какой жизненный тонус! Вообще, пожилые актеры надолго сохраняют остроту ума — они же учат роли, запоминают, интеллект работает. И несмотря на преклонный возраст, многие активны и позитивны. Я часто выступаю с лекциями перед пожилыми людьми, беседую с ними и вижу в аудитории, как многие откликаются: глаза искрятся, им важны новые знания, им интересно все. А другие сидят потухшие, перемалывают про себя свои проблемы и ни на что новое не откликаются.

— И большинство ученых до глубокой старости сохраняют живой ум. А что можно посоветовать простым пенсионерам? В некоторых школах «третьего возраста» даже предлагают старикам обучение китайскому.

— Новый язык учить, конечно, способен не каждый человек даже средних лет, но хотя бы нужно разгадывать кроссворды, судоку, головоломки. Важно развитие мелкой моторики — что–то делать руками, пальцами. Раньше все бабушки вязали спицами — как же это было замечательно для их здоровья, в том числе здоровья мозга! Их руки все время были в движении. В деревнях и сейчас бабушки вяжут и вышивают. И там гораздо меньше умственно деградировавших стариков.

— Меньше маразма, проще говоря.

— На пожилого человека деградирующе действует комфортно–потребительская жизнь. Вот я наблюдаю за бабушками–дачницами, которые вынуждены летом крутиться, чтобы что–то вырастить на своем участке себе на зиму. Они и в 92, и в 94 года — позитивные, улыбающиеся.

— Нужно ли вообще человеку готовить себя к пенсионному рубежу, к пониманию, что он будет меньше востребован, может остаться в одиночестве? Или не стоит об этом думать и к этому готовиться?

— Думаю, человек должен об этом задумываться. У нас люди как–то беспечно живут. Крутятся–крутятся всю жизнь как белка в колесе, а дальше–то что? Старость придет, и, конечно, надо понимать, что только от вас зависит, будет она печальным закатом жизни или новым ее прекрасным этапом, ведь с вами ваш опыт, мудрость, желание постигать новое. Но, конечно, начинать прежде всего надо с врача — если вы не позаботитесь о своем здоровье, то кто? Хорошая старость — это, насколько возможно, здоровая старость. Нужно проходить диспансеризацию в поликлинике, особенно в зрелом возрасте. Потому что если человек станет инвалидом в 50, в 60 лет — счастливо стареть будет сложно. Учитывая, что на пенсии сократятся социальные связи, хорошо бы иметь какие–то увлечения, хобби, какие–то интересы, помимо каждодневных дел. И вообще настраиваться на активную жизненную позицию. Иногда диву даешься, сколько в людях, даже в тяжелой жизненной ситуации, может быть позитива. Потрясающе, как инвалиды–«колясочники», с которыми я много общаюсь по работе, умеют рисовать, фотографировать, учатся, им интересно все новое. Мы время от времени устраиваем выставки этих удивительных работ. Вот пример, который способен научить верить в чудо и в любовь даже в чудовищной жизненной ситуации. Женщине 50 лет, в коляске после аварии она уже 26 лет. И в центре реабилитации нашла себе прекрасного мужа. Надо видеть их глаза — они счастливые! Даже в тяжелейшей ситуации можно обрести счастье, надо только настраиваться на него, а не чахнуть в негативе.

Автор: Лариса Кафтан

Ссылка на источник