Медучреждениям навязывают ответственность за бездействие ВИЧ-положительных матерей

Специалисты говорят об отсутствии законодательной нормы, которая обязывала бы ВИЧ-положительных женщин во время беременности принимать антиретровирусные препараты. Мнения юристов по этому вопросу расходятся: одни говорят, что Конституция гарантирует женщине право принимать решения относительно своего организма. Другие предлагают сделать нерожденного ребенка субъектом права.

медучреждениям навязывают ответственность за бездействие ВИЧ-положительных матерей

В Пензе фактом рождения ребенка с ВИЧ-инфекцией после отказа матери от наблюдения во время беременности занимается прокуратура. Как сообщил в своем «Живом журнале» заместитель главврача Пензенского областного клинического центра специализированных видов медпомощи, эксперт в сфере борьбы с ВИЧ/СПИДом Сергей Олейник, медучреждению предъявили претензию: почему не обратились в суд в соответствии с Кодексом об административных нарушениях по поводу того, что инфицированная ВИЧ родительница не предпринимала никаких мер для того, чтобы защитить своего ребенка от заражения. «В норме должна была быть назначена химиопрофилактика во время беременности, в родах и после родов. Плюс ребенка нельзя кормить грудью. Мамочка, хотя она была предупреждена о последствиях, ничего подобного не сделала», — пояснил он.

Прокуратура намерена передать дело в суд, чтобы призвать женщину к ответу. Но Сергей Олейник говорит, что законодательных норм, которые обязывали бы будущую мать принимать антиретровирусные препараты, нет. «Согласно Конституции существует право на личную и физическую неприкосновенность, а конституционные права являются определяющими. Пока нет ребенка, у него есть правовой статус плода, как биологического субстрата, находящегося в организме женщины. И именно женщина является хозяином своего здоровья. Она имеет право вести любой образ жизни и заставить ее что-либо сделать невозможно. И, полагаю, какой-либо юридической ответственности она не понесет», — подтвердил порталу Medvestnik.ru управляющий ОО «Центр медицинского права» Алексей Панов.

Однако, если уже состоявшаяся мать отказывается от смесей и использует для ребенка грудное вскармливание, юридически ситуация переходит в иную плоскость. Тогда встает вопрос о лишении ее родительских прав, и ребенок передается на попечение в медицинскую организацию или в образовательное учреждение, где эта антиретровирусная терапия будет ему обеспечена. «То, что посягает на интересы уже гражданина РФ, имеющего свой правовой статус, вот тут уже могут быть какие-то меры юридической ответственности», — говорит Алексей Панов.

Накануне первый заместитель председателя Комитета Госдумы РФ по охране здоровья Федот Тумусов внес в нижнюю палату парламента законопроект, предлагающий считать новорожденного ребенком не с 0 лет, а с 23 недели беременности матери. Однако Алексей Панов оценил шансы на практическую реализацию этой инициативы как крайне низкие. По его словам, российское законодательство в этом отношении аналогично правоприменительной практике большинства других стран. Предпосылок, что его вот так запросто изменят, мало.

По данным, которые привел директор Федерального методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом Вадим Покровский, в случае отказа беременной женщины от антиретровирусной терапии риск рождения больного ребенка составляет около 50%. За счет приема терапии его можно снизить до 1-2%. Риск заражения при грудном вскармливании может доходить до 25-30% и зависит стадии заболевания.

Однако, по его словам, без участия юристов дать правовую оценку действиям сторон только с чисто медицинской точки зрения сложно. В России 400 тысяч ВИЧ-инфицированных женщин, большинство детородного возраста. «Здесь индивидуальная работа. Многие уже не по одному разу рожали и знают, что, если они правильно все принимают, у них рождается здоровый ребенок. Но можно ли применять к ним какие-то принудительные меры, вопрос к правоведам», — уверен он.

ВИЧ от матери в России получают примерно 2% детей. По словам Вадима Покровского, чтобы снизить этот показатель, нужны меры социальной поддержки. В частности, необходимо исключить проблемы со снабжением ВИЧ-инфицированных женщин детским питанием. Наркологи должны подключаться к реабилитации наркопотребителей, так как именно они дают львиную долю случаев рождения детей с ВИЧ-инфекцией. В соседних  странах уже имеется положительный опыт: Белоруссия и Армения, например, недавно объявили себя государствами, полностью искоренившими путь передачи ВИЧ от матери к ребенку. Правда, надо делать поправку на то, что населения там несопоставимо меньше и женщин-потребителей наркотиков тоже.

Как говорит президент НП «Национальное агентство по безопасности пациентов и независимой медицинской экспертизе» Алексей Старченко, принудительное лечение беременных женщин слишком сложная процедура с точки зрения закона. Сейчас в практике таких дел нет. «У нас нет принудительного лечения без решения суда. Если медицинская организация была в курсе, что женщина инфицирована и отказывается от приема антиретровирусной терапии, она должна была обратиться в суд с попыткой ее принудительного лечения. Но АРВ-терапия подразумевает ежедневный прием лекарственных средств, тогда эту женщину нужно было принудительно госпитализировать и ежедневно вводить насильно эти лекарственные препараты», — говорит он.

Но при этом юрист обращает внимание на тот факт, что заражение — процесс вероятностный и подобные обязательства могут привести к неразрешимому конфликту интересов. И если ввести в закон норму об обязательности приема препаратов, а ребенок все равно родится больным, получится, что женщина будет вправе предъявить иск к медицинской организации. «Ведь если мы на одну из сторон возлагаем серьезную ответственность, то тогда и на другую должны. Женщина добросовестно принимала лекарства, а ребенок родился больным, значит, виноват врач. Он неправильно назначил терапию, неправильные препараты, которые не привели к исключению инфицирования. Но медицинская организация никогда этого не признает», — резюмирует Алексей Старченко.

Автор: Татьяна Бескаравайная

Ссылка на источник